ВЕСТНИК КРСУ / № 1, 2003 г.

КИТАЙСКИЙ ЯЗЫК КАК ЯЗЫК
МЕЖНАЦИОНАЛЬНОГО ОБЩЕНИЯ В КИТАЕ

Лу Динь - аспирант
А. Орусбаев - докт. филол. наук, проф.

Due to the leadership of Han people in demography, economic development and culture for many centuries the Chinese language was the only language of communication between nations on the territory of China. The language has the status of the means of international communication till now.




На протяжении многих веков китайский язык являлся единственным языком межнационального общения, функционировавшим на территории Китая. Этот статус язык сохранил и до настоящего времени.

Общенациональный китайский язык первоначально назывался гуаньхуа, затем гоюй, а в 1955 г. был переименован в путунхуа. Его основой являются северные диалекты, орфоэпические нормы предписывают соблюдение пекинского произношения, грамматические предписания - образцовые произведения на байхуа. И как отмечает Чжоу Югуан, "Смысл перемены названия на путунхуа заключается в том, что этим выражается равноправие всех национальностей Китая, отрицается навязывание путунхуа национальным меньшинствам. Принятая в 1982 г. новая Конституция КНР устанавливает, что государство распространяет путунхуа, употребляемый по всей стране" [1, c. 377-378].

Китай сформировался как полиэтническое государство еще в глубокой древности. В рабовладельческую эпоху среди многочисленных народностей (дуни, бэди, сижун, юаньмынь и др.), имевших различные социально-экономические пути развития, выделяется этнолингвистической культурой народность ся, или хуася. Внеязыковые условия - географическое положение в центре страны, политическое и экономическое превосходство династии Ся (2205-1766 гг. до н.э.) - сыграли доминирующую роль в становлении национального китайского языка из диалекта народности ся.

Особенно заметна эта роль при объединении нескольких народностей в консолидированное единое многонациональное государство. Впоследствии к власти пришла династия Хань (206 г. до н.э. - 220 г. н.э.), народность ся переименовала себя в хань, и с того времени ее влияние распространилось от бассейнов рек Янцзы и Хуанхэ на всю территорию государства. Отношения между народностями развивались и укреплялись, а необходимость и значение единого межнационального языка в этнических интеграционных процессах все более возрастала.

На протяжении более чем двухтысячелетней истории Китая династии сменяли одна другую, однако ведущее положение нации хань по демографическим критериям, экономическому развитию и по культуре не испытывало упадка, не теряло своего значения. Соответственно, китайский язык укреплял свои коммуникативные позиции, сохранял статус языка межнационального общения.

Согласно записям в древних источниках, с царствами Вэй (386-535) и Цзинь (1115-1234), народности щиннун, шин, ба, чан вошли в центральную часть Китая, вследствие экономической необходимости и потребности в межкультурном общении. Эти этносы постепенно освоили китайский язык. В историческом описании Вэй и других летописных источниках находим записи: ":народ шин популярно может ткать, умеет обрабатывать землю, держит свиней, лошадей, ослов, мулов:, большинство жителей знают китайский язык по той причине, что в Китае живут смешано". И еще одно существенное сведение: "разные нации, которые объединяет династия Ляо в пределах Четан, в силу разнообразия языков друг с другом общаются на китайском языке" [2, с. 65]. Анализ приводимых записей позволяет констатировать факт двуязычия среди представителей этнических меньшинств.

В истории Китая известны немало национальных меньшинств, обладавшие могуществом политической власти или военной силой. К ним относятся сяньбей, цедань, нюйчжен, сися, могаль, маньчжур и др. Тем не менее, сфера употребления их языков была ограниченной, и некоторые языки со временем исчезли. Например, в эпоху Южных и Северных династий народность cяньбей основала власть Бэйвэй в северной части Китая, но ее язык утратился. После правления династии Северной Сун (906-1127) народности цедань, нюйчжен поочередно заселяли центр равниной части Китая, а народность дансян оккупировала его северо-западную часть. Каждая из них создала свою власть, подчинив этнос хань, но языки этих народов вышли из употребления, оставив в китайском языке лишь некоторые заимствования.

Маньчжурские правители господствовали в Китае более трехсот лет, однако функции маньчжурского языка постепенно исчезли, а народ хань, потерпевший политическое и военное поражение, сохранил китайский язык, который до настоящего времени служит средством коммуникации и для маньчжуров.

В целях интеграции экономики, культуры и сплочения населения народность сянь сблизилась с народностью хань. Император Сяо Вэнь, чутко реагировавший на ход исторического развития, активно поощрял стремление граждан обучаться китайскому языку, запретил пользоваться сяньбейским языком в императорском дворце. Переход носителей сисяского языка к китайскому и слияние народа сися с народом хань можно отнести к тому же типу этнолингвистического развития.

С целью закрепления власти поощрялось желание соотечественников владеть китайским языком и письменностью, поддерживать политику распространения и популяризации китайского языка как средства межнационального общения. В начале XIX в. в Маньчжурском районе (округе) остались небольшие периферийные местности, расположенные в провинции Хэйлунцзян, население которых еще пользовалось маньчжурским языком и маньчжурской письменностью. Отметим, что со времени признания китайского языка и китайской письменности маньчжурами прошло около трехсот лет.

В период правления династии Юань (1279-1368) государственная административная система признавала два языка: монгольский как язык правителей и китайский как язык поданных. Главенствующее положение занимал чужестранный монгольский язык, носители которого не были заинтересованы в обучении этому языку китайского населения. Общение властителей с покоренным народом проходило в основном через переводчиков, для большинства которых язык не являлся природным (материнским). Сами монголы в подавляющем большинстве не скрывали презрительного отношения к китайцам и не стремились изучать китайский язык. Существует мнение ученых, согласно которому императоры-монголы не знали ни китайской культуры, ни китайского языка и письма. Позиция Г. Франке в этом вопросе несколько иная

[3, с. 9]. Он отмечает, что такая ситуация была характерной только для первых правителей. Их приказы были устными, записывались чиновниками канцелярии на двух языках - монгольском и китайском.

Начиная со времени правления Жэньцзуна, положение стало меняться. Юаньские источники свидетельствуют о том, что последние монгольские императоры пользовались китайским языком и письмом, знали и читали китайскую литературу.

Дунгане, проживавшие в Китае, пользовались арабским и персидским языками. Характер их расселения среди китайского большинства в сельской местности островками в отдельных селеньях; в городах - компактно на отдельных улицах или в отдельных кварталах способствовал тому, что хуэйцзу (дунгане) с середины XII в. легко освоили китайский язык.

Народность туцзя численностью более двух миллионов человек тоже перешла на китайский язык. Только несколько тысяч человек туцзя продолжают говорить на родном языке. Из трех тысяч представителей народности шэ приблизительно тысяча человек пользуется своим языком.

В провинции Cычуань, в зоне Вэйчжоу и Мяньчи, проживет народность цянь, старшее поколение которой (50-60 лет) владеет двумя языками: китайским и языком цзян. Люди среднего возраста (30-40 лет) также владеют цзянским языком, но чаще предпочитают общаться на китайском. Дети старше 10 лет владеют только китайским языком.

В регионе Юйси, провинции Юньнань (зона Нано), в уезде Юаньцзян, в селе Чжоцзесяньлаоба, проживает народность хани, 40% которой в возрасте более 50 лет владеет ханьским и китайским языками, в возрасте 30-50 лет - только китайским.

В селе Байиньайли, провинции Ляонин, которое относится к Монгольскому автономному уезду Кацзо, проживает около 2000 человек, из которых приблизительно 1500 монголы и 500 китайцы. Население уезда можно условно разделить на несколько групп. В одной из групп, насчитывающей более 400 человек (китайцев немногим более 150 человек, монголов более 250 человек), большинство монголов в возрасте старше 25 лет являются билингвами - говорят на монгольском и китайском языках, большая часть монголов в возрасте до 25 лет знает только китайский язык. Монголы (более 300 человек), полностью перешли на китайский язык - язык межнационального общения.

В провинции Юньнань, в селе Синьмэнь уезда Тунхай компактно проживают более 4000 человек монголов, хорошо владеющих родным языком, и постепенно осваивающие китайский язык. Мужчины и женщины, старики и дети, могут говорить по-китайски или понимать китайский язык. В селе Байгэ 220 семей, за исключением дошкольников, владеют китайским языком на разных уровнях речевой способности. Даже женщины пожилого возраста (70-80-летние), не имеющие образования, круг общения которых локально ограничен, свободно говорят с приезжими по-китайски. Дошкольники в возрасте 5-6 лет по причине небогатой речевой практики зачастую стесняются говорить на китайском языке, но в основном его понимают. Сельское радио ведет передачи на китайским языке. Сферы распространения китайского языка в провинции Юньнань со временем увеличиваются и постепенно расширяются, что способствует сближению монгольского и китайского населения.

В автономном районе Сишуаньбаньна (провинция Юньнань), в зоне Цзино, уезда Цзинхун проживает народ цзино. В повседневном общении средством коммуникации служит либо язык цзино, либо китайский язык. Китайский язык функционирует в средствах массовой информации, торговой сфере. В сознании представителей цзино китайский язык является вторым родным. Например, в отдельном районе, в деревне Бакасинь проживает 193 представителя народности цзино, из них 128 человек (85% населения) владеют китайским языком. Столь высокий удельный вес населения, коммуникативная компетенция которого ориентирована на китайский язык, свидетельствует о возрастающей значимости китайского языка как средства межнационального общения. В сельской местности количество носителей китайского языка значительно выше, поскольку они имеют множество контактов с окружающим миром. Например, в семье

Байла, состоящей из шести человек, не владеет китайским только хозяйка Чен Юй. Подобных семей в зоне Цзино подавляюще большинство.

Распространение китайского языка в Цзино связано с экстралингвистическими причинами. Приезжающие из провинций Сычуань, Хунань и из других прилегающих к Цзино областей открывают здесь бизнес, что делает китайский язык доступным для большей части населения провинции.

В районе Нуцзян, северо-западная часть провинции Юньнань, проживают 10 национальных меньшинств: лису (186859 чел.), бай (102681 чел.), ну (21971 чел.), пуми (9526 чел.), и (6215 чел.), дулун (4412 чел.), наси (2403 чел.), тибетцы (1191 чел.), дай (240 чел.), цзинбо (165 чел.).

Из 91,7% населения, составляющих указанные национальные меньшинства, немалое количество этих народностей владеет параллельно родным и китайским языками. До освободительной войны в районе Нуцзян носителей китайского языка было сравнительно мало. После нее, в период строительства приграничного района, сюда переселились преподаватели, представители народно-освободите-льной армии, медицинские и кадровые работники. Население китайского происхождения в этом районе составляет 30000 чел. (8% населения). Фактор распространения китайского языка на этой территории был обусловлен широким расселением его носителей по району.

Народность ачан, уезда Лянхэ провинции Юньнань, в результате смешанного проживания с китайцами, владеет китайском языком как средством межнационального общения.

Народность мулао численностью около 105000 человек компактно проживает в Мулаоском автономном уезде Лочэн, расположенном в Чжуанском автономном районе Гуанси. По статистическим данным 1987 г., население этого уезда составляет 329341 человек. Народность чжуан составляет 132729 человек, или 40% населения уезда, 28% китайцев (93228 человек). Народность яо составляет 3381 человек; народность дун представлена населением из 1482 человек; народность мяо - 1114; народность маонань - всего 33. Большинство представителей миноритарных народностей пользуется параллельно родным и китайским языками. Часть населения владеет дополнительно языком чжуан. Например, в селе Сыба на улице Сыба проживают 648 человек, из них 495 человек владеют мулаоским, китайским и чжуанским языками; 113 - китайским и мулаоским; 438 - мулаоским и чжуанским языками; и только два пожилых человека знают один - мулаоский язык.

В местечке Синтунь, расположенном в деревне Хуаньань области Дунмэнь, проживает 44 семьи общей численностью 230 человек. Представителей народности мулао здесь 227 человек, народности чжуан - 2, китайцев - 1 человек. При этом на мулаоском и китайском говорят 186 человек, или 80,8% населения; на мулаоском, китайском и чжуанском - 2 человека; на мулаоском - 42, или 18% населения. Среди населения, говорящего на мулаоском языке, дети младше 7 лет. Подобная ситуация обусловлена тем, что мулаоский язык ограничен сферой бытового общения; китайский литературный язык распространен в сферах образования и межнационального бытового общения. Диалект гуйлю китайского языка употребляют в межнациональном бытовом, деловом общении внутри этого района.

Народность пуми, по данным переписи населения 1990 г., насчитывает 29657 человек, проживающих главным образом дисперсно в уездах Ланьпинь, Вэйси, Юншэнь, Лицзянн, Ниньлан провинции Юньнань, а также в уездах Мудли, Яньюань, Цзулун провинции Сычуань. Более компактно народность пуми проживает в Байском пумиском автономном уезде провинции Юньнань. Согласно статистике 1991 г., в этом уезде проживает 13599 представителей народности пуми (45,85% всего населения пуми). Уезд Ланьпинь с населением 174859 человек является многонациональным по составу, в нем проживают представители 19 национальных меньшинств. Народность пуми составляет 7,78% населения уезда, народность ба - 802705 человек, или 47,3% населения; народность лису - 60817 человек, или 34,78% населения; народность и - 4404 человек, или 2,52% населения; народность ну -1846 человек, или 1,06% населения. Малочисленно представлены в этом уезде народности хуэй (дунгане), наси, тибетцы, туцзя, дулун, чжуан, дай и др.

В уезде Ланьпинь народность пуми сосредоточена в волостях Хэси, Шиндэн, Тундян и в городке Цзиндин. Здесь проживают 12445 представителей пуми, что составляет 90,77% всего населения уезда.

Для народности пуми характерно владение двумя, тремя, а иногда четырьмя и пятью языками. Иными словами, здесь наблюдается дву- и многоязычие (би- и мультилингвизм). Большинство представителей этой народности отдают предпочтение китайскому языку, особенно интеллигенция, владеющая родным языком, однако функционально применяет китайский язык в научной, творческой и общественно-политической деятельности. В начальной школе (2-3 класс) обучение детей идет на китайском языке, многие родители развивают у детей интерес к этому языку.

В уезде Маэрсай, который находится в Тибетском автономном округе провинции Сычуань, проживает тибетская группа цзяжун. Население в возрасте 30 лет, как правило, владеет двумя языками: цзяжунским и китайским. По результатам анкетирования, проведенного китайским исследователем Чэн Фаном, народность цзин, проживающая в автономном уезде Фанчен провинции Гуанси, одновременно применяет два языка в качестве средства общения. В трех производственных бригадах (Шаньсинь, Хэвэй, Утоу) используются цзинский и китайский языки; китайский язык предпочитают в трех других производственных бригадах (Чжушань, Таньцзи, Цзянлун) и лишь небольшое количество пожилых людей общаются на родном - цзинском языке.

Таким образом, изучение языковой ситуации на примере одной из многонациональных зон Китая, а именно Синьзян-Уйгурском автономном районе, показало, что народы, проживающие на этой довольно обширной территории используют свои национальные языки в различных сферах бытовой, общественной и хозяйственной жизни, китайский язык служит средством межнационального общения в виде би- и мультилингвизма.




Литература

36. Чжоу Югуан. Модернизация китайского языка и письменность // Новое в лингвистике. - Вып. XXII. Языкознание в Китае / Пер. с кит. - М.: Прогресс, 1989. - 472 с.

37. Дай Цинся. Язык и нация / Пер. с кит. - Пекин: Центральный ин-т национальных меньшинств, 1994. - 241 с.

38. Зограф И.Т. Монгольско-китайская интерференция. Язык монгольской канцелярии в Китае. - М.: Наука, 1984. - 147 c.



Назад к содержанию выпуска